Лилит: Клятва на крови [Гарри Поттер] - Мара Вран

Близнецы были в полном восторге. Они рассказывали ей о Хогвартсе, о том, как однажды заколдовали снежки бить в затылок Квиррелла, и как умудрились запихнуть Пивза в хрустальный шар профессора Трелони. Лилит смеялась так искренне и громко, как, казалось, не смеялась никогда в жизни.

— Ты просто не представляешь, какие у нас строгие правила! — жаловался Фред. — Чуть что — отработки, баллы снимают… Сплошная тирания!

— Вам бы на Север, — фыркнула Лилит, вытирая выступившие от смеха слезы. — Ваши отработки показались бы вам курортом.

Джордж подался вперед, с любопытством глядя на нее:

— А что самое безумное ты там сделала? Ты же не только, эм… ну, ты понимаешь. Не только училась убивать. Были же какие-то шалости?

Лилит задумалась. Слово «шалость» в лабораториях не существовало. Там был только суровый режим, боль и тренировки. Но…

— Был у нас один дракон, — медленно начала она, и глаза близнецов загорелись. — Уэльский зеленый. Не самый крупный из породы, но все равно… метров двенадцать в длину. Они держали его в подземном загоне, использовали для тренировки огнеупорных щитов. Он был совсем молодой. Постоянно бился о решетку, скулил… Его было жалко.

Лилит замолчала, вспоминая холодные, влажные стены загона и огромный янтарный глаз, полный тоски.

— Однажды ночью меня отправили дежурить в нижние уровни, — продолжила она, и ее голос стал тише. — Я спустилась к загону. Там стояли блокирующие руны… очень сложные. Я подошла, притворилась, что проверяю замки. А сама… в общем, я пустила поток магии прямо в центральный узел. Руны треснули.

Фред и Джордж синхронно открыли рты.

— Ты выпустила дракона?! — ахнул Джордж.

— Я просто хотела, чтобы он подышал свежим воздухом, — Лилит невинно пожала плечами, но в ее глазах плясали бесята. — Кто же знал, что он решит проветриться прямо через стену казармы наставников?

Близнецы сдавленно хрюкнули.

— Он снес половину западного крыла, — Лилит улыбнулась уголком губ. — Разворотил стену, поджег оружейную и улетел к фьордам. Меня потом допрашивали три дня, но я убедила их, что руны были начертаны с ошибкой. Наказали рунолога.

Фред рухнул на спину, сотрясаясь от беззвучного смеха. Джордж сидел, глядя на Лилит с абсолютно нескрываемым, чистым восхищением.

— Ты… ты просто легенда, — выдохнул он.

Он потянулся к деревянному ящику, доставая бутылку сливочного пива, и протянул ей. Лилит потянулась в ответ. Их пальцы встретились на холодном стекле.

Джордж не отпустил бутылку. Он замер, его ладонь осталась лежать поверх ее пальцев. Лилит вздрогнула и подняла на него глаза. Джордж смотрел на нее прямо, чуть приоткрыв рот. Его обычно насмешливое лицо вдруг стало серьезным, а на ушах стремительно расцветал красный румянец.

Лилит почувствовала, как сердце пропустило удар. Она привыкла к холодным прикосновениям целителей или жестким захватам наставников. Но это теплое, робкое и такое человеческое прикосновение Джорджа… В нем не было угрозы. В нем была только искренняя, юношеская нежность.

Она не отдернула руку. Лишь смущенно опустила взгляд на их сцепленные пальцы, чувствуя, как у нее самой горят щеки.

— Кхм! — громко и выразительно откашлялся Фред, внезапно заинтересовавшись потолком. — Кажется, я слышу, как Гермиона идет читать нам лекцию о правах домашних эльфов. Нам пора сворачиваться.

Лилит мягко высвободила руку и забрала бутылку. Джордж торопливо отвернулся, начав сгребать коробочки со стола, но улыбка, счастливая и немного глуповатая, не сходила с его лица.

На лестничной площадке второго этажа, скрытые тенями гобелена, стояли Римус Люпин и Сириус Блэк.

Они ждали окончания собрания Ордена, но их внимание было приковано к лестнице, ведущей на чердак. Сверху доносился заливистый, искренний девичий смех и густые басы близнецов.

Когда дверь чердака открылась, Лилит стала спускаться вниз. Джордж шел следом, что-то оживленно ей рассказывая, и Лилит улыбалась ему через плечо. Ее розовые аметистовые волосы слегка растрепались, щеки горели от смеха. В этот момент в ней не было ничего от «Северного Клинка». Она была просто красивой пятнадцатилетней девочкой, которой явно нравилось внимание молодого человека.

Сириус замолчал на полуслове. Он облокотился о перила, и его взгляд впился в фигуру Лилит. Серые глаза Блэка потемнели. В них не было умиления. В них был тяжелый, собственнический, почти голодный блеск. Он смотрел на то, как Джордж случайно задевает ее плечом, и на скулах Сириуса заходили желваки.

Римус перехватил этот взгляд. Его лицо мгновенно посуровело.

Не говоря ни слова, Люпин сделал шаг вперед, жестко схватил Сириуса за локоть и, не обращая внимания на его возмущенное шипение, затащил друга в пустую библиотеку, с силой захлопнув за ними дверь.

— Какого дементора, Лунатик?! — вспылил Сириус, вырывая руку. — Ты сдурел?

Римус не отступил. Он подошел вплотную, глядя на Блэка с пугающей, ледяной серьезностью.

— Что ты делаешь, Сириус? — тихо, но с нажимом спросил он.

— О чем ты? Я просто стою в своем собственном доме!

— Прекрати, — оборвал его Люпин. — Я видел, как ты смотришь на нее. Прекрати это. Ей пятнадцать лет.

Сириус фыркнул, отвернувшись к окну, по которому стекали потоки дождя. Включилась его привычная защитная бравада.

— Ой, да ладно тебе, Римус! Ты раздуваешь из драконьей мухи слона. Я просто рад, что девчонка наконец-то улыбается. Она живет в этом склепе, ей нужно расслабиться…

— Не лги мне, Бродяга. И, что важнее, не лги себе, — голос Римуса стал жестче. — То, как ты смотрел на нее сейчас, как ты ведешь себя с ней… Это неправильно. Ты ее опекун. Ты взрослый мужчина, прошедший через ад. А она — ребенок, которого и так сломали. Не смей с этим играть.

Сириус резко развернулся. Его ноздри расширились, а глаза опасно блеснули.

— Ребенок? Римус, она убивала таких тварей, от которых ты бы в обморок упал! У нее опыта выживания и крови на руках больше, чем у нас всех вместе взятых! И вообще, — он попытался криво усмехнуться, сжимая кулаки в карманах брюк, — ей скоро восемнадцать. Не успеем и глазом моргнуть…

— Эмоционально она ребенок! — рявкнул Римус, теряя терпение. — Ее лишили детства! И то, что она